Петербургским театрам урезали финансирование
Ленинградские театры - Театр оперы и балета

Театрам Петербурга урезали финансирование на 100 миллионов, чтобы повысить эффективность работы. Пятнадцать руководителей городских театров отправили письмо вице-губернатору Василию Кичеджи с просьбой разобраться и принять срочные меры в связи со значительным снижением субсидирования. Театры недосчитались миллионов на своих счетах, а госзадание при этом существенно увеличилось. Подобного в городе не было даже в лихих 90-х.

 

Согласно тексту обращения ряда директоров и худруков театров Петербурга, отправленному 21 января вице-губернатору Василию Кичеджи, экономические отделы театров еще в конце 2012 года были неофициально предупреждены комитетом по культуре том, что в будущем году получат существенно меньше денег, чем им необходимо для выполнения госзадания. Руководители, как водится, не поверили. Чай, ни войны на дворе нет, ни стихийных бедствий, да и просто странно устраивать подобные эксперименты в одной отдельно взятой так называемой культурной столице. Связались с коллегами в Москве, в провинции – там все по идет по плану. Ну и успокоились. А 17 января (дата, опять-таки, из письма) получили официальное соглашение с новыми цифрами.

 

Суммы в каждом театре были обозначены разные, но суть одна. Всем добавили финансирование на новые постановки и урезали – на зарплату творческому составу. Причем, добавили примерно в два раза меньше, чем забрали. Оставив свободу перекидывать средства с одной статьи на другую. «Вот мне добавили 3 миллиона на постановки, - сказала «Фонтанке» директор ТЮЗа Светлана Лаврецова, - но, даже если я их перекину на зарплатную статью, у меня всё равно будет дефицит 4 миллиона 600 тысяч».

 

Директор Театра им. В.Ф.Комиссаржевской Вадим Зайцев сообщил, что он не досчитался 6 миллионов, и это если не учитывать необходимости 7-процентной индексации заработной платы (в соответствии с указом президента №597). Директор детского театра «Зазеркалье» Борис Контребинский сообщил, что ему не хватает 2,5 миллионов. Аналогичная ситуация сложилась в «Балтийском доме», театре «Санктъ-Петербургъ Опера», Театре им. Ленсовета и остальных. В общем и целом субсидирование сокращено, как сказано в письме в Смольный, на 12 – 19 процентов.

 

Театры, конечно, зарабатывают деньги, продавая билеты. Но тут стоит привести еще пару цифр. Заплата молодого артиста в петербургских театрах – то есть, артиста, на которого ложится львиная доля репертуарной нагрузки, – составляет (без надбавок) от 12 до 14 тысяч рублей. Недавно один главный режиссер, получив премию, пришел к директору своего театра (не называю театр, поскольку этот главный режиссер известен всем, как чрезвычайно скромный человек) и спросил, может ли он каким-нибудь образом официально распределить эту собственную награду между молодыми артистами своей труппы.

 

Так на что, как вы думаете, любой вменяемый директор будет тратить заработанные деньги, как не на хотя бы 50-процентную надбавку актерам? Это притом, что монтировщики в иных театрах зарабатывают до 30 тысяч. Они-то за искусство спину гнуть не согласны, что вполне понятно. Разумеется, идут заработанные деньги и на новые постановки: в прошлом году все центральные театры города (за исключением, разве что, Театра комедии) выпустили по 3-5 постановок за сезон, притом, что госфинансирования хватило бы на 1-2. И оно логично: новые постановки – это и есть главная задача театра, они обеспечивают занятость артистов, здоровый творческий (а не интрижный) принцип существования непростого театрального коллектива.

 

Но я привела еще не все цифры, шокировавшие руководителей театров. В озвученном госзадании тоже обнаружились перемены. Предписанная посещаемость выросла с 65 до 75-80 процентов. И не надо иметь экономического образования, чтобы понять: привлечение новых зрителей требует, как минимум, вложений в рекламу, как максимум, – дополнительных промо-акций, которые требуют отдельных средств. Директор Большого театра кукол, одного из самых интересных и значительных в творческом плане стационаров города, Александр Калинин с горечью рассказал автору этих строк, что весь прошлый год копил деньги, чтобы нынче вложить ее: а) в рекламу, б) в ремонт социального жилья, выделенного городом для молодых артистов и находящегося, как водится, в плачевном состоянии. Теперь все эти деньги пойдут на зарплату.

 

В этот момент мне вспомнился эпизод из легендарного спектакля Льва Додина «Братья и сестры», когда у колхозников выскребали закрома до звенящей пустоты. Но и тогда, в мрачные сороковые, уполномоченный райкома выходил к народу и говорил: «Товарищи, на освобожденных территориях наши соотечественники голодают – надо помочь». Интересно, кому должны «помочь» петербургские театры в 2013 году? Каким голодающим? Ответа на этот вопрос, напрямую заданный одним из директоров и.о. главы комитета по культуре Борису Илларионову, не последовало.

 

Согласно официальным данным комитета по финансам, в 2012 году городской бюджет выделил культуре 7,6 миллиардов рублей, в 2013 году выделит 7,7 миллиардов. То есть, кивать на секвестирование чиновникам не приходится. Заместитель председателя комитета по культуре Юлия Васютина, отвечающая как раз за экономический блок, объяснила «Фонтанке», что комитет по культуре, в данном случае, выполняет программу правительства РФ о повышении эффективности бюджетных расходов.

 

Также Юлия Васютина добавила, что в 2013 году театрам предоставлено некоторое количество новых возможностей заработка – например, возможность на более долгое время сдавать собственные помещения в аренду. Вроде бы, сдвиг позитивный. Но, если театр вынужден по максимуму использовать аренду для заработка, это означает, что предоставлять свои площадки петербургские стационары будут вынуждены не бездомным и бедным по определению собратьям, создающим качественные спектакли (каких в городе достаточно), а «чесовым» антрепризным дешевкам, которые способны дорого заплатить за постой.

 

Правда, госпожа Васютина тут же мудро оговорилась, что экономика в данном комитете несет на себе обслуживающие функции в соответствии с распоряжениями городского руководства в сфере культуры. Однако никого из тех, кто в настоящее время несет ответственность за собственно «распоряжения», а точнее, за культурную политику, в городе не оказалось. И вице-губернатор Василий Кичеджи, и и.о. председателя комитета по культуре Борис Илларионов именно в это время отбыли в очередные отпуска и командировки.

 

С другой стороны, председатель бюджетно-финансового комитета ЗАКСа Константин Сухенко сообщил «Фонтанке», что в летних обсуждениях бюджета 2013 года, проходивших в ЗакСе, в которых приняли участие руководители большинства профильных городских комитетов – таких, как комитет по транспорту или по социальной политике, - комитет по культуре не участвовал вовсе. По мнению господина Сухенко, такая ситуация напрямую связана с отсутствием в этом важнейшем для города комитете председателя, который был бы заинтересован в том, чтобы отстаивать интересы отрасли, исследуя ее постоянно возникающие так называемые доппотребности.

 

Напомним, что с момента ухода с председательского поста Дмитрия Месхиева в конце июля 2012 года, комитет по культуре не имеет руководителя. Борис Илларионов лишь исполняет обязанности главного лица в комитете. И если поначалу кандидатура председателя бурно обсуждалась в печати и в самом культурном сообществе, то после заявления губернатора Георгия Полтавченко, что комитет по культуре прекрасно работает и без председателя, разговоры рассосались за неимением предмета. И результат «безголовья» в значительном смольнинском комитете не заставил себя ждать.

 

Достаточно взглянуть на бюджет 2011 года, сформированный еще прежним правительством, дабы, что называется, почувствовать разницу: два года назад город тратил на культуру 8,8 миллиардов рублей, то есть, на миллиард больше, чем сейчас. В этом контексте «сэкономленная» на театрах сумма – 100-150 миллионов – выглядит смешной. Особенно, если вспомнить о том, что в декабре 2012 года, представляя новый петербургский международный фестиваль, руководителем которого согласился стать Лев Додин, Василий Кичеджи назвал сумму 120 миллионов, которую пообещал выделить из городского бюджета.

 

Уместно упомянуть здесь и недавние миллиардные вложения в театральные здания – незадолго до своего ухода Валентина Матвиенко перерезала ленточку на открытии двух грандиозных театральных сооружений: нового театра «Буфф» и новой сцены Молодежного театра на Фонтанке. Тут волей-неволей задумаешься: а стоило ли вкладывать в развитие театрального дела в Петербурге – из того же городского бюджета – такие средства, чтобы теперь загонять театры в ступор из-за сумм значительно меньших. Все эти нелепости и нестыковки, с одной стороны, свидетельствуют о плачевном для Петербурга перераспределении приоритетов власти, а с другой, - об отсутствии достаточной компетенции тех, кто стремится руководить культурой пусть даже и с совершенно благими намерениями. Впрочем, первое, скорее всего, вытекает из второго: развивать интересно то, в чем мало-мальски разбираешься, на что есть чутье и вкус.

 

На данный момент, уже отправив письмо Василию Кичеджи, руководители петербургских театров все же вынуждены были подписать так называемое соглашение, а по сути директиву комитета по культуре с теми самыми цифрами, о которых шла речь выше. Иначе чиновники не соглашались открывать даже зарплатное финансирование, а невыплата/задержка заплат, как сказано в обращении, «является серьезным нарушением Трудового Кодекса РФ и влечет за собой выплаты пеней за просроченные дни выплаты заработной платы и всех социальных налогов на неё». При этом Юлия Васютина пообещала автору этих строк, что театры в беде не оставит, и будут изыскиваться средства для выплаты зарплат в течение года для каждого учреждения отдельно. Но если мы сейчас начнем вспоминать обещания двух предыдущих председателей комитета по культуре, которые остались невыполненными, их перечисление займет гораздо больше места, чем весь этот текст. Причем, председатели тут ни в чем не виноваты. Просто они в одночасье исчезли со своих постов.

 

Это в Европе чиновник – практически чистая функция, и обязательства автоматически переходят от предшественника к преемнику. В России, как объяснил мне один мой знакомый европейский менеджер, работать надо не с организациями, а с людьми: нет человека – нет проекта, и роптать тут бесполезно. И зарплаты вполне может не оказаться. Причем, не у монтировщиков и не у осветителей, которые, не получив денег, завтра же отправятся работать в другое место, а у артистов, потому что артисты в России – как раз из тех альтруистов, кого и оштрафуй за то, что без зарплаты работают, а они все равно работать будут. И вряд ли такая ситуация может служить поводом для радости какого-то хоть мало-мальски вменяемого руководителя.

 

Жанна Зарецкая, 
«Фонтанка.ру»